Не ходил бы ты, Абраша, в комиссары! - Яков Басин. Исторические книги, стать, очерки.

Не ходил бы ты, Абраша, в комиссары!

 

          Михаил Нордштейн  (Крефельд, Германия)


Политика большевистской власти по отношению к евреям в первые годы её диктатуры напоминала пряник: вроде бы сладкий, но… отравленный. К такому сравнению можно придти, прочитав историческое исследование Якова Басина «Большевизм и евреи: Белоруссия, 1920-е» (Минск, 2008).

Хотя место действия чётко обозначено, данное исследование гораздо шире географических рамок. Большевистская политика вершилась в Москве, и то, что происходило в Белоруссии, было во многом характерно и для других окраин гигантской страны. И не только окраин.

Национальная политика государства – одна из важнейших его характеристик. И по сей день мир потрясают межэтнические конфликты. Далеко не всё лучезарно с национальным самоопределением и в республиках бывшего СССР. И при всём этом – болезнь многих веков: антисемитизм. Так что тема, избранная автором, конечно же, злободневна.

Не сказать, что до выхода этой книги она была в полном забвении. Но в постсоветской литературе просматриваются две противоположные тенденции. О них пишет Я.Басин в предисловии: «… это либо восторги по поводу эмансипации евреев от гнёта царского режима и достижений советской власти в деле их социальной защиты, либо стоны по поводу ликвидации этой же властью иудаизма, сионизма, языка, культуры и других национальных ценностей евреев, приведших к их насильственной ассимиляции, хотя  на самом деле всё гораздо сложнее и противоречивее».

Как понимать одно и другое, если их творила одна и та же власть? И уже получил хождение миф: при Ленине и в первые годы после него, пока сильна ещё была «ленинская гвардия» идейных большевиков, национальная политика в СССР несмотря на отдельные перекосы (где их нет?) в общем-то была правильной. Да, преследовался иврит. Но кто на нём разговаривал тогда, что в Белоруссии, что на Украине и уж тем более в России? Власть называла его «мертвым языком»? А что? Он в то время и был таким. Знали его разве только раввины, и то далеко не все, и отдельные писатели. А для еврейской массы родным оставался идиш. Советская власть в те годы и способствовала его развитию. Да, притесняли еврейскую религию. Но опять же при этом никакой дискриминации евреев. Притесняли и православие и всякое другое верование в Бога. Такое было время.

Но это не мешало развивать национальные культуры в том числе и еврейскую. Смотрите, сколько в 20-е годы в западных областях СССР было еврейских школ, техникумов, газет, журналов, театров! А приобщение евреев к земле! Еврейские колхозы в Крыму, Белоруссии, на Украине… Как это подняло авторитет народа, который упрекали за то, что он чурается физического труда!  Ругай, не ругай советскую власть, но с первых же своих дней она сняла для евреев все расистские препоны, распахнула ворота к государственной, научной и всякой другой карьере. (Справка: заслуга в эмансипации евреев на территории Российской империи после падения царизма  принадлежит не советской власти, а Временному правительству, которое отменило все ограничения для них - М.Н.). Но в 30-е годы,  антисемитствующий генсек Сталин укрепив свою власть,  стал всё это рушить…

Такая вот мажорная мелодия слышится от воздыхателей по счастливым для евреев 20-м годам.

Мифы складываются не только, когда выдумывается то, чего не было (вспомним «залп Авроры» или, скажем, «первые победы Красной Армии над немецкими войсками под Псковом и Нарвой в феврале 1918-го). Слагаемыми мифов могут стать и вполне реальные факты, если их возводить в абсолют, второстепенное считать главным и «не замечать» причинно-следственных связей и закономерностей тех или иных событий и явлений. Полотно Истории вбирает в себя не только два цвета – белое и чёрное, но и массу тонов и полутонов, без которых общая картина будет искажена. Дальтонизм здесь рождает полуправду, которая, как известно, уводит от истины.

Как было на самом деле? И если было, то что здесь главное, а что случайное? И есть ли своя логика  в явлениях, казалось бы, полярных, исходящих из одного и того же источника - большевизма? На эти непростые вопросы и отвечает книга Я.Басина. Отвечает честно, отвергая какую либо предвзятость. Ну, хотя бы такой штрих… Большевизм по своей тоталитарной сути был яростным противником сионизма. Но автор, исследуя это противостояние, не обходит весьма удивительную «нестыковку»: пламенный большевик, глава карательного ведомства Ф.Э.Дзержинский был настроен к сионизму довольно миролюбиво.

Что ж, можно понять и это. Фанатизм общей большевистской идеи хотя и овладел этой личностью, но не погасил в ней сочувствия к гонимому народу. Сионизм? Почему бы нет? – резонно рассудил «железный Феликс». – Должны же евреи иметь свой национальный очаг!

Но не Дзержинский вершил в стране национальную политику. И даже не «всесоюзный староста» М.И.Калинин,  также упомянутый  в книге в связи с его выступлением в 1926-м на 1-м съезде КОМЗЕТа (Комитет по земельному устройству трудящихся евреев), где он с горечью говорил об ассимиляции евреев. Пусть это всего лишь штрихи, но их нельзя изъять из Истории. Только в совокупности фактов, «удобных» или «неудобных» для нынешнего нашего миропонимания, она становится вместилищем бесценного человеческого опыта.

Однако сами по себе факты, сваленные в кучу, ещё не История. Таковой её можно назвать лишь после глубокого их осмысления. И если говорить о конкретной книге, то наряду с фактологической дотошностью ей свойственны глубина анализа, проникновение в сферы, мимо которых проходили многие историки.

В главе о еврейских погромах и бесчинствах, творимых петлюровцами, белогвардейцами, польскими оккупантами, отрядами Булак-Балаховича и просто бандитами автор не обходит участие в этих позорных деяниях и отдельные формирования Красной Армии, в частности, 1-ю Конную С.М.Будённого. Но при этом проводит разграничение. Для петлюровцев, белогвардейцев или, скажем, булак-балаховцев ненависть к евреям была их естественным состоянием, и руководители всех этих воинств, или потворствовали или сквозь пальцы смотрели на их злодейства. С Красной Армией было иначе. Для  неё участие в еврейских погромах - всего лишь исключение. Более того, именно она стала той реальной силой, которая спасала евреев от погромщиков, к какой бы масти они ни принадлежали. Большевики с их классовой одержимостью в 20-е годы решительно выступали против антисемитизма. Дополню автора книги: за участие в погромах несколько десятков конноармейцев было расстреляно.

Чем же объяснить тогда, что большевизм в конечном итоге стал душителем еврейского народа? Что, это тоже случайность? Нет, не случайность. Автор последовательно, глава за главой раскрывает технологию этого процесса, его движущие силы, размышляет, почему это делалось. Утопическая установка на «победу диктатуры пролетариата в мировом масштабе», на «революционное насилие» исключала демократизм в построении общества. Тоталитарный    режим с его подавлением всякого инакомыслия практически отнимал и      право наций на самоопределение, хотя на словах от этого права большевики не отказывались. Но им всегда было свойственно лицемерие: на словах – одно, на  практике –совсем другое. Вовсе не под влиянием минутного настроения восхищался Ленин политическим мыслителем ХV1 века Николо Макиавелли, считавшего, что для достижения государственной власти допустимо любое отклонение от морали.

 Большевики, начиная с пресловутой «ленинской гвардии», общечеловеческую мораль просто растоптали, отнеся её к одному из «буржуазных пережитков». Массовые расстрелы и реквизиции, концлагеря, ликвидация всех других политических партий и движений, в том числе и национальных, свирепое подавление любого  сопротивления или просто недовольства неограниченным произволом власти. Пострадали от этого, разумеется, и евреи. Но самый тяжёлый удар власть нанесла по самой основе еврейской духовности – иудаизму – и многовековому стремлению построить национальный очаг на своей исторической родине. Даже более скромная цель – создание в советском государстве                                                  еврейской культурно-национальной автономии – вызывало у власти злобный оскал.

Такой государственный строй напрочь отвергал сионистскую идею. Ишь, чего захотели: уехать в Палестину и строить там своё государство! Значит, вам не нравятся завоевания великого Октября, наша борьба за победу мирового коммунизма? Пресечь!

И большевистские чиновники, опираясь на гигантский карательный аппарат, пресекали это неизбывное стремление с неимоверной жестокостью. А заодно вели войну с иудаизмом и его коренным языком – ивритом. В книге Я.Басина этот трагический период еврейской и одновременно советской истории отражён достаточно полно и глубоко. Потрясают примеры безоглядной отваги тех, кто так и не склонил голову перед большевистским террором, сохранив верность своим убеждениям.

Раввин и учёный-иудаист Иехезкель Абрамский, брошенный в тюрьму, не оставил научную работу и там. В тюремной камере не было ни книг, ни бумаги. Помогла феноменальная память, из которой он черпал материал для своего труда. А бумагу – крохотные листки для самокруток – выменивал у заключённых, отдавая за них часть своего пайка. Следователи пытались его сломить и угрозами, и уговорами – «чистосердечно признаться в преступлениях против советской власти», назвать подпольных раввинов, их «сообщников». Абрамский был непреклонен, заявив: «Я не сомневаюсь в вашей возможности мучить меня… Но вам никогда не удастся заставить меня произнести или подписать ложные показания».

Он получил 5 лет сибирской каторги. Даже на лесоповале, измученный непосильным трудом и голодом, обдумывал структуру, тезисы будущей книги, а в холодном бараке, добыв тем же способом несколько листков бумаги, исхитрялся записать то, что уже продумал. В 1931-м Абрамского обменяли на 6 германских коммунистов, обвинённых в шпионаже в пользу СССР. Он поселился в Лондоне, возглавил еврейскую общину. Авторитет раввина среди верующих евреев был настолько высок, что его избрали даяном (судьёй) раввинского суда еврейских общин Лондона, а вскоре – и всей Великобритании. В 1951-м он приехал в Израиль и стал президентом объединения иешив, членом Совета мудрецов Торы.

Прочитав об этом человеке, невольно думаешь: какая крупная личность, какая одухотворенная, героическая жизнь! А сколько их еще было таких – отважных, верных иудаизму! На них держался еврейский мир в те крутые годы!

Нет, далеко не все молодые евреи «пошли в революцию»,  как пытаются изобразить ситуацию того переломного времени нынешние борцы «с русофобией». Я.Басин своей книгой разбивает и этот миф. Экстремистская политика новой власти, отменившей частную собственность, больно ударила и по евреям, многие из которых традиционно занимались мелкой торговлей и ремесленничеством. К тому же большевики взяли курс на разрушение общин – многовекового уклада еврейской жизни. Среди евреев было достаточно мудрых людей, чтобы понять: жизнь в такой стране ничего хорошего не сулит. Еврейские погромы в ходе гражданской войны ещё больше усилили сионистские настроения.

В первые годы после Октябрьского переворота сионисты в Белоруссии пользовались у евреев большой поддержкой. Автор приводит убедительные факты. В 1917-м на выборах в Учредительное собрание за сионистов только в Минской губернии проголосовали 65,4 тыс. чел. Внушительных успехов на этих выборах добились сионисты и в большинстве еврейских общин России. Они выпускали десятки газет, листков и бюллетеней. Активно действовали сионистские партии и организации. Но уже в 1918-м началось свирепое их подавление. Можно не сомневаться: если бы не эти репрессии, в первые же годы большевистской власти из западных областей бывшей Российской империи хлынул бы в Эрец Исраэль мощный поток репатриантов.

В борьбе с сионистским движением, как и с иудаизмом, власть прибегала не только к террору. Не гнушаясь самыми подлыми методами, старалась подорвать эту веру изнутри, выхолостить духовность, оставив лишь оболочку - имитацию еврейской самобытности. Появились «красные общины», «красные раввины», с помощью которых внедрялась большевистская идеология. На идише выпускалась масса литературы с обличением «реакционной сущности иудаизма и сионизма». Идиш стал языковым инструментом для  этой пропаганды. Поэтому нет ничего удивительно в обилии в 20-е годы газет и журналов на идише, существовании еврейских издательств, школ, техникумов, театров. Внешне это подавалось как развитие еврейской культуры. Но по сути подлинная еврейская культура, уходящая своими корнями в глубь  веков, впитавшая в себя иудаизм, выхолащивалась. Курс на ассимиляцию евреев, взятый большевиками , стал магистральным в решении «еврейского вопроса» в СССР.

В этой своей политике власть широко использовала и самих евреев, которые, конечно же, не составляли однородную массу. Как и в любом народе, были карьеристы, готовые служить любой власти. Но были «идейные», поверившие в «светлые идеалы», начертанные большевиками, и охотно проводившие «линию партии», в том числе и в «еврейском вопросе». И здесь ничего удивительного. Иудаистская литература, объявленная «контрреволюционной», как и любая, не отвечающая идейным требованиям новой власти, изымалась из библиотек, со школьной скамьи в юные души вбивались большевистские  догмы. Срабатывали и «пряники», которые демонстрировала власть на фоне глобальных ограничений для евреев при царизме. Еврейские фамилии появились и среди начальства разного калибра. На государственном гербе Белоруссии хлебные колосья обвивали ленточки со словами «пролетарии всех стран, соединяйтесь!» на четырёх языках: русском, белорусском, польском и идише.

Создавалась иллюзия, что для евреев после всех гонений и притеснений наступает «золотой век», что с многовековыми несправедливостями по отношению к ним покончено раз и навсегда. И какая-то часть евреев, образно говоря, «пошла  в комиссары», щедро отдавая большевистской власти свои способности и общественный темперамент. Власть предусмотрительно выстроила и еврейские структуры, функционеры которых рьяно проводили её политику. Видную роль здесь сыграли еврейские секции при ЦК ВКП(б) и ЦК компартий союзных республик. От них исходили директивные указания по борьбе с иудаизмом и сионизмом. Евсеки, как  презрительно называли еврейских чиновников «простые» евреи, организовывали суды над своими соплеменниками, шагавшими не под «музыку» большевистских барабанов и фанфар, настаивали на уменьшении  числа евреев на руководящих постах, «чтобы не вызвать антисемитских настроений».

Евреи у власти… На определённых её ступеньках, начиная с Политбюро ЦК особенно в первые годы после октября 1917-го, они действительно были. Но никогда ни в одной партийной или государственной структуре не составляли большинства. Миф о «еврейском засилье» данное исследование опровергает, опираясь на статистику. Приверженцы этого мифа обычно ссылаются на то, что в Белоруссии процент евреев в органах власти по сравнению с их численностью был непропорционально высок. Но при этом игнорируют  непреложный  факт:  власть отбирала кадры преимущественно не в деревнях и местечках, а среди городского населения, наиболее грамотного. В 20-е годы евреи в Белоруссии составляли всего лишь 8,2 %  от общего количества населения, а в городах – до 40 %. Отсюда и распределение. Но и здесь никакого «еврейского засилья». Цитирую Я.Басина:

«В структуре ответственных работников республиканского звена их число в 1927 г. колебалось от 10,1 % в земельных органах до 49,3 % - в хозяйственных (24,8 % - в административных, 28,1 % - в кооперативных, 42,1 % - в судебных). Среди ответственных работников наркоматов БССР  в 1928 г. евреем был каждый четвёртый (26,4 %), среди членов ЦК комсомола - каждый пятый (20,9 %).

 И далее: «Постепенное вытеснение евреев с тех позиций, где они могли бы принимать активное участие в выработке жизненно важных для страны решений, хорошо видно на динамике структуры делегатов партийных съездов. Число евреев - участников съездов ВКП(б) постоянно уменьшалось: V111 съезд (1919 г.) – 16 %, Х съезд (1921 г.)  – 14 %, Х111 съезд (1924 г.)  – 11 5 %, ХV cъезд (1927 г.)  – 7,4 %».

Это вытеснение евреев с руководящих постов продолжалось и позднее – в 30-е годы,  в 40-е, в 50-е – до тех пор, когда уже вытеснять было некого. Дальнейшее  хорошо известно: сталинский погром остатков еврейской культуры, «дело врачей», подготовка к новому Холокосту в виде поголовной депортации евреев в гиблые места Восточной Сибири и Дальнего Севера. После смерти тирана, хотя наступили и более «мягкие» годы, –  продолжение расовой политики антисемитизма с дискриминацией «по пятому пункту» во всех сферах государственной и общественной жизни. Власть методично толкала древнейший народ к полной ассимиляции, что в конечном итоге вело к его исчезновению. Всей своей логикой, обширным фактическим материалом, глубиной исследования автор подводит к выводу: другого маршрута для евреев у тоталитарной власти и быть не могло.

 *  *  *

В 20-е годы прошлого века в ходу была песенка на слова Демьяна Бедного: «Ах, куда ты, паренёк, ах, куда ты? // Не ходил бы ты, Ванёк, во солдаты!»

Если бы фантастическая машина времени перенесла нас в те годы, то, перефразируя слова этой песенки, вполне резонно можно было бы воскликнуть: «Не ходил бы ты, Абраша, в комиссары! В смысле, в большевики».

Кто знает, может быть, прозрение пришло к бывшим деятелям Евсекций, как и прочим ревностным евреям-большевикам, в ГУЛАГе или в подвалах НКВД перед расстрелом, а то и просто на склоне лет (тем кому удалось пережить это время). Однако жизнь набело не перепишешь. Но для того и существует История, чтобы осмыслить прошлое, а, значит, предостеречь: не наступайте на те же грабли, что оставляет нам каждая эпоха!

Прописная истина? Да, конечно. К сожалению, люди о прописных истинах зачастую забывают. Книга «Большевизм и евреи…» – как раз одно из таких напоминаний: народ можно уничтожить не только физически. А поэтому вывод из всего сказанного предельно прост: евреи, оставайтесь евреями! Несмотря ни на какие злые ветры и пряники-приманки. Духовность народа – его душа. Как её сохранить? В богатейшей еврейской истории достаточно блистательных примеров.

 

 
 
Яндекс.Метрика