Еврейский вопрос и эмиграционная политика Германии и США в 1933-38 гг. Часть 2

 

Окончание. Начало см. «Мезуза», вып. 10. – Апрель 2019 г.

7

Антисемитская политика в Германии не была однозначной и в различные периоды отличалась по своей интенсивности и жесткости антиеврейского террора. Если после прихода к власти возобладали агрессивность издателя иллюстрированной газеты «Дер Штюрмер» Юлиуса Штрайхера и рейхминистра народного просвещения и пропаганды Йозефа Геббельса, то с 1934 г. террор несколько спал, и решением еврейского вопроса занялись умеренные антисемиты во главе с руководителем управления расовой политики НСДАП Вальтером Гроссом. Однако уже спустя полтора года все изменилось к худшему. Это произошло после речи Геббельса 29 июня 1935 г., заявившего, что Германии евреи не нужны и что высказывания некоторых немецких интеллектуалов типа «еврей – тоже человек» глупы и нелепы. Точку в этой дискуссии поставили принятые Рейхстагом 15 сентября 1935 г. два закона о гражданстве и расе (Нюрнбергские законы, законы гетто), определявшие статус евреев в Третьем рейхе.

Первый закон касался вопросов гражданства и вводил различие между «гражданами рейха» и «принадлежащими к государству», а это означало на практике, что с этого момента только «истинные немцы» могли пользоваться всеми правами гражданина Третьего рейха. Второй закон – об «охране немецкой крови и немецкой чести» запрещал браки между евреями и немцами, а также внебрачные интимные отношения между ними. Почти сразу же после опубликования этих законов в Германии развернулась подлинная антиеврейская истерия, подогреваемая выступлениями главарей Рейха, типа афоризма Гитлера: «Еврей может говорить только по-еврейски. Когда он пишет по-немецки, он лжет». В ноябре того же года евреи Германии были лишены избирательных прав.

С этого времени евреи превращаются в безусловного общественного врага №1, и с ними почти во всех сферах жизни начинают обращаться как с людьми, морально и физически деградированными. Резко возрастает безработица среди евреев, обнищание еврейских масс прогрессирует с каждым днем. На еврейские общины падает непосильная задача поддержать своих безработных собратьев, но закон от 1 апреля 1938 г. лишает их и этой возможности: общины теряют права юридических лиц и как частные союзы они облагаются огромными налогами, съедающими все их средства.

Выходит Постановление имперского министра внутренних дел «об исполнении германского положения об общинах», согласно которому евреи не могут быть гражданами общин и теряют право пользоваться общественно-благотворительной помощью. Евреи постепенно исключаются из всех союзов (спортивных, музыкальных, литературных, союзов слепых и т.д.). Евреям запрещено приобретать недвижимость (земельные участки и дома), а городские земельные участки даже брать в аренду. Вскоре евреям запрещается пользоваться городскими купальнями, пригородными дачными местами, лечебными заведениями, климатическими станциями, целым рядом курортных мест, гостиницами с женской арийской прислугой не моложе 30 лет, читальными залами и публичными библиотеками и т. д. Многие мелкие города запретили евреям въезд на свои территории, а кое-где (Магдебург) – даже пользоваться городскими трамваями. С 1 октября 1938 г. автомобили, принадлежащие евреям, должны иметь особые таблички. Перечень дискриминационных мер по отношению к еврейскому населению можно продолжить.

Верхом издевательства был закон, изданный в августе 1938 г., по которому евреи Германии не имели права носить других имен, кроме тех, которые германский народ признает еврейскими, а с 1 января 1939 г. евреи к своему обычному еврейскому имени должны были прибавлять второе: мужчины – Израиль, женщины – Сара. Нарушение закона каралось тюрьмой или крупным штрафом. С октября 1938 г. в заграничных паспортах евреев стал проставляться опознавательный знак – буква «J» («еврей»).

evrvopr1.jpg
Адольф Гитлер. 1-я половина 1930-х гг.

Совершенно унизительные формы приняла дискриминация представителей творческих профессий. Государственным учреждениям было запрещено покупать картины еврейских художников, работы которых были к тому же удалены из музеев и не принимались на выставки. Было запрещено демонстрировать фильмы, если в их создании (явно или тайно) принимал участие хоть один еврей. Из оркестров были уволены все еврейские музыканты. Произведения еврейских композиторов (даже покойных) не допускались к исполнению. Музыкальные и театральные школы, принадлежавшие евреям, были закрыты, а их педагогам была запрещена какая-либо деятельность среди немцев, даже частного характера. В декабре 1937 г. кинематографическим фирмам было предписано уволить всех евреев в их заграничных отделениях. К концу марта 1938 г. в стране были изъяты и уничтожены все грампластинки с еврейскими записями.

Ночь с 9 на 10 ноября 1938 г. была отмечена всегерманским еврейским погромом. Повод для него нацисты искали давно, и убийство в Париже 17-летним польским евреем Гершелем Грюншпаном 7 ноября советника германского посольства Эрнста фон Рата было очень кстати. Погром был санкционирован личным приказом Гитлера и инсценирован как стихийное выражение народного гнева. Было разрушено и сожжено 267 синагог, 815 магазинов и предприятий, принадлежавших евреям. В концлагерях оказалось более 20 000 евреев, 36 человек было убито. Общий ущерб составил 25 млн. рейхсмарок, из которых около 5 млн. пришлись на разбитые витрины, что дало этому погрому название «Хрустальной ночи» или «Ночи разбитых витрин».

Вслед за этим, с 12 ноября по 8 декабря появился целый ряд законов, практически ставивших вне закона всех представителей еврейского национального меньшинства. Из университетов были исключены все еврейские студенты. Еврейским детям было запрещено посещение государственных школ. Для евреев были введены ограничения свободы передвижений и размеров жилой площади. Началась организованная конфискация имущества евреев. Был введен запрет на появление евреев на определенных улицах и площадях городов, на пользование отелями, ресторанами, садовыми скамейками, спальными местами в поездах. Евреи были лишены водительских прав и т.д. и т.п. Общественное мнение в Германии к «окончательному решению еврейского вопроса» было готово.

8

К середине 1930-х гг. мир, наконец, осознал всю опасность, которую несет в себе экспансия германского фашизма. 5 октября 1937 г. Рузвельт выступая в Чикаго с речью, которая вскоре получила название «карантинной», сказал: «Мир, свобода и безопасность для 90 % населения земного шара находится под угрозой со стороны остальных 10 %, которые угрожают разрушением всех международных законов и установлений… Похоже, к несчастью, эпидемия всемирных беззаконий распространяется вширь, а когда эпидемия заразной болезни начинает распространяться в разные стороны, общество объединенными усилиями устраивает карантин для больных с тем, чтобы защитить здоровье остальных и предотвратить распространение заразы».

После аннексии Австрии Германией в марте 1938 г. по предложению Рузвельта произошла либерализация въездных процедур, при которой германская и австрийская квоты были объединены. Кроме того, был в значительной степени облегчен въезд в США представителей научной и творческой элиты, преследуемой гитлеровцами. Была определенным образом изменена формулировка закона: вместо дефиниций «еврейские беженцы» и «религиозные и расовые беженцы» появилась формула «политические беженцы». В администрации Рузвельта появился Президентский консультативный комитет по политическим беженцам, который координировал действия правительства в сфере иммиграции. После массового еврейского погрома в Германии 9-10 ноября 1938 г., вошедшего в историю под названием «Хрустальной ночи», Рузвельт объявил о продлении гостевых виз на полгода и больше, чем 12-15 тыс. немецких евреев, которые в это время находились в США. Все эти меры в значительной степени коснулись иммигрантов из Германии (по большей части, евреев), число которых с 2 000 в 1933 г. выросло до 30 000 в 1939-м. И, тем не менее, этого было крайне недостаточно, ибо к началу 1939 г. число заявлений о предоставлении въездных виз в США от граждан Германии, 90 % которых были евреями, перевалило 300 тыс.

В ночь с 11 на 12 марта 1938 г. произошло насильственное присоединение (фактически, захват) Германией Австрии («аншлюс»), а 13 марта Гитлер торжественно въехал в Вену, и был обнародован закон «О воссоединение Австрии с Германской империей». С этого времени начался новый этап бегства людей (большинство из них были, естественно, евреями) из теперь уже объединенной Германии. Проблема беженцев была, наконец, признана международной, и США как ведущая страна западного мира начала испытывать серьезное давление не только изнутри, но и извне: мир требовал принятия мер и ждал американской инициативы. Известная американская журналистка, ярый приверженец борьбы женщин за равноправие Дороти Томпсон, автор книг «Я видела Гитлера» (1932), «Беженцы: Анархия или организация» (1938), «Пусть говорят факты» (1939), в журнале «Foreign Affairs» призвала к созданию международной организации по проблемам беженцев. Статья произвела на Рузвельта серьезное впечатление, и он сделал первый важный шаг для решения этой проблемы: 30 стран Европы и Латинской Америки получили предложение принять участие в международной конференции, чтобы консолидировать усилия в приеме австро-германских иммигрантов.

evrvopr2.jpg
Дороти Томпсон

В правительстве США единой точки зрения на эту конференцию не было. Сам Рузвельт считал, что, если ответственность за размещение беженцев возьмут на себя и другие страны и организации, Штатам будет легче. К тому же он предполагал, что основную финансовую нагрузку возьмут на себя еврейские организации, и ему не придется преодолевать сопротивление Конгресса, мнение которого, как он считал, может быть негативным. Государственный департамент, со своей стороны, постарался сделать так, чтобы в мире не сложилось впечатление, будто эти инициативы – сугубо американские. Заместитель госсекретаря Дж. Мессерсмит высказал опасение, что Германия непременно использует беженцев для получения экономической выгоды и тем самым создаст западным странам множество проблем. Министр финансов, еврей Генри Моргентау-мл. проявлял какие-то инициативы частным порядком, но его министерство своей позиции так публично и не высказало.

Генри Моргентау-мл. был министром финансов США в 1934-1945 гг. Описанный выше эпизод не должен бросить серьезную тень на его деятельность в целом. Он был автором реформы финансовой системы США, использованной в «новом курсе» Рузвельта. Он сыграл ведущую роль в приспособлении экономики США к условиям войны, не вызвав гиперинфляции. Именно он инициировал замораживание в 1941 г. японских активов в американских банках, что привело к началу войны на Тихом океане, завершившейся разгромом Японии. Именно он добился принятия решения об оказании помощи союзникам по системе ленд-лиза. В 1944 г. он был одним из трех членов Совета помощи беженцам, созданного президентом по его, Генри, рекомендации. В отличие от своего отца, финансиста Генри Моргентау-ст., разделявшего антисионистские и ассимиляторские взгляды на судьбу еврейского народа, многое в последующем сделал для организации сбора финансовой помощи Израилю в первые годы после его провозглашения.

evrvopr3.jpg
Генри Моргентау-мл.

Конференция, по проблеме беженцев, которую предложил созвать Рузвельт, в конечном итоге состоялась. На нее были приглашены и страны «гитлеровской коалиции», но Италия от приглашения отказалась, а Румыния в своем стремлении усилить еврейскую эмиграцию из собственной страны попросила причислить ее к государствам, «поставляющим» беженцев. Заявлявшая о своем нейтралитете Швейцария отказалась принять конференцию у себя, и делегаты собрались 6 июля 1938 г. во французском городе Эвиан-ле-Бен. Основную нагрузку по организации конференции взял на себя главный уполномоченный по делам немецких беженцев в США Джеймс Дж. Макдоналд, ставший заместителем председателя.

Из 32 стран, принявших участие в Эвианской конференции, лишь 3 были представлены специальными делегациями (США, Великобритания и Франция), остальные ограничились обычными дипломатами. Несмотря на попытки лидеров Всемирного еврейского конгресса и Американской сионистской организации добиться разрешения принять участие в конференции, допущены они на нее так и не были. Председатель конференции, отставной президент американской сталелитейной компании «United Steel» Майрон Тейлор даже отказался принять для беседы президента Всемирной сионистской организации Хаима Вейцмана.

Конференция длилась 8 дней. Надежды на решение проблемы беженцев не сбылись. Не сбылась и главная надежда всех собравшихся, что США, страна с самой низкой плотностью населения, основную тяжесть решения возьмет на себя. Перед всем миром вдруг со всей очевидностью проявилась мысль, что финансирование вывоза и расселения миллионов евреев из стран, которые со дня на день могут стать жертвой гитлеровской агрессии, просто невозможна, и что все эти миллионы обречены на дискриминацию. О тотальном уничтожении никому в голову тогда еще не могло придти. Именно в те дни и была произнесена ставшая знаменитой фраза Хаима Вейцмана, что мир разделился на два лагеря: на страны, которые не желают иметь у себя евреев, и страны, которые не желают пустить их к себе.

Тем не менее, какой-то позитивный результат был достигнут: был учрежден Межправительственный комитет по делам беженцев со штаб-квартирой в Лондоне, получивший полномочия на проведение переговоров с Германией о судьбах тех, кто выразит желание эмигрировать. Председатель комитета американский юрист Джордж Рабли почти немедленно начал готовиться к переговорам с немецкими властями, но не смог даже добиться приглашения приехать в Берлин.

Правда, в ноябре того же, 1938 года Дж. Рабли удалось встретиться в Лондоне с президентом Рейхсбанка Ялмаром Шахтом, человеком, заложившим основы германской военной промышленности, позволившей Германии вести мировую войну. У Шахта были могущественные связи в мировом бизнесе, он представлял в Германии интересы американского инвестиционного банкирского дома Джона П. Моргана-мл., и Рабли рассчитывал на то, что с Шахтом удастся договориться. Но случилось обратное: Шахт просто предъявил американцам ультиматум. Немцы потребовали за спасение евреев 3 млрд. немецких марок, что для того времени составляло 1,2 млрд. долларов. Еврейские организации, которые должны был бы обеспечить финансирование проекта, на такие условия пойти не могли: даже если бы такие деньги и были найдены, подобное явное финансирование нацистского государства могло привести к вспышке антисемитизма не только в США, но и во всем мире.

evrvopr4.jpg
Ялмар Шахт

9

Тем временем из Берлина стали приходить тревожные сообщения: американский генеральный консул Р.Гейст в декабре 1938 г. предупредил президента, что, по его сведениям, евреи Германии обречены на смерть, и настоятельно просил принять срочные меры. В начале февраля 1939 г. Дж. Рабли смог, наконец, обменяться меморандумами с представителем Министерства экономики Германии Хельмутом Вольтатом и даже встретиться с Герингом, в руках которого как уполномоченного по 4-летнему плану было сосредоточено все руководство милитаризованной немецкой промышленности. С 1937 г. Геринга возглавлял огромный государственный концерн «Герман Геринг Веерке», созданный на базе многочисленных конфискованных у евреев предприятий. Немцы неожиданно смягчили свои требования, что, скорее всего, было связано с попыткой дезавуировать негативную реакцию мировой общественности на погромы «Хрустальной ночи». Они заявили, что готовы в течение трех лет выпустить из страны 150 тысяч трудоспособных евреев в возрасте от 15 до 45 лет и обязывались не дискриминировать и не облагать штрафами и контрибуциями оставшихся в стране евреев. После этого они обещали выпустить из Германии членов семей уже выехавших евреев.

evrvopr5.jpg
Джордж Рабли

В телеграмме на имя госсекретаря США Корделла Хэлла Рабли написал, что «немцы заверили его в том, что они приступят к выполнению намеченной программы, как только будут убеждены в том, что страны, включая Соединенные Штаты, куда намеревались эмигрировать немецкие евреи, действительно готовы принять на себя ответственность за их размещение». На что К. Хэлл, вообще негативно относившийся к идее еврейской эмиграции в США, раздраженно ответил: «В том, что касается наших эмиграционных законов, нечего даже и думать о том, что мы согласимся с правом другого правительства указывать нам, кого мы должны и кого не должны пускать в страну».

Тем не менее, переговоры Джорджа Рабли привели в действие еврейские общественные организации, и британские евреи договорились с международными корпорациями о получении кредита на осуществление программы по еврейской эмиграции из Германии в размере 300 млн. долларов. Но тут неожиданно немецкая сторона отказалась от своих предыдущих договоренностей и фактически сорвала этот проект.

В апреле 1939 г. сенатор от штата Нью-Йорк Ф.Вагнер инициировал в Конгрессе слушания по поводу законопроекта о допущении в США 20 тыс. еврейских детей сверх обычной квоты. Обсуждение этого вопроса вызвало оживленные дебаты во всей стране и превратилось во всеобщее обсуждение эмиграционной политики правительства в целом. Общественные опросы показали, что 83 % американцев видят в идее предоставления убежища еврейским детям попытку сломать всю существующую в США систему эмиграционных квот. Небезынтересны и некоторые высказывания на этот счет отдельных участников слушаний в Конгрессе.

– Америка может стать канализационным люком, свалкой для преследуемых нацменьшинств Европы. Беженцы наследуют друг от друга лишь чувство ненависти. Они никогда не будут лояльными гражданами Америки.

– Мы должны игнорировать чувства сентиментальных слезливых добрячков и навсегда запереть на замок ворота в нашу страну для новых эмигрантов, а ключ выбросить.

– Нельзя возвращаться к временам, когда мы оказались наводнены иностранцами, пытавшимися навязать Америке методы и цели, противоречащие в корне идеалам, которым мы следуем.

– Усиление еврейской эмиграции может лишь усилить негативное отношение к евреям, а мы не хотим этого, потому что они, в целом, приятные люди.

1 июля 1939 г. слушания в конгрессе закончились. Законопроект был принят, но с поправкой: 20 тыс. еврейских детей допускались в США в пределах обычной квоты, в результате чего на взрослых беженцев оставалось лишь 7 370 виз. Что касается иммиграционного комитета Палаты представителей, то он вообще этот законопроект отверг. Рузвельт на итоговом документе начертал: «Положить в пассивную картотеку».

В мае 1939 г. консул в Германии Р.Гейст прислал еще одно предупреждение, что, если не форсировать вывоз евреев из Германии, они все будут уничтожены. Рузвельт пригласил к себе на беседу небольшую группу видных американских евреев и представителей организаций беженцев. «Это вопрос не столько денег, сколько жизни и смерти», - заявил он им. Но что именно можно предпринять, было неясно. И как раз в эти дни произошла трагическая история с пассажирами парохода «Сент-Луис», который привез из Гамбурга в США 933 пассажира. Корабль причалил в порту Гаваны, но кубинские власти не позволили пассажирам сойти на берег, и им предстояло дожидаться своей очереди на въезд в США по официальной квоте. Корабль начал маневрировать вдоль побережья Флориды в сопровождении катера береговой охраны США, не допускавшего причаливания к берегу. Госдеп отказался оказывать давление на президента Кубы Ларедо Бру, одновременно отказываясь форсировать оформление иммиграционных документов.

Рузвельт не вмешивался в спор, и корабль, пополнив в Гаване запасы топлива, отправился назад в Гамбург. И лишь финансовая помощь Джойнта позволила разместить пассажиров судна отдельными группами в Великобритании, Франции, Бельгии и Нидерландах. После этого случая администрация Рузвельта прекратила попытки обойти иммиграционное законодательство, а растущее раздражение американского общества по поводу возможного нашествия иммигрантов заставило его вообще отказаться от идеи увеличить иммиграционные квоты. Тем более, что предпринимать какие-либо серьезные шаги было поздно: в сентябре 1939 г. началась Вторая мировая война.

10

Фактором, в значительной степени осложняющим решение вопроса о приеме еврейских беженцев из стран, подвергшихся немецкой агрессии, был антисемитизм в американского общества. Октябрьский переворот 1917 г. в России и последующие революции в Венгрии и Германии породили в Америке целую истерию страха перед проникновением в США радикальных идей, которые несли с собой эмигранты из Европы – этого рассадника смуты. Реагируя на настроения общества, Конгресс в период с 1921 по 1924 г. ввел самые жесткие за всю историю страны иммиграционные законы. В средствах массовой информации началась оголтелая антисемитская пропаганда, представляющая евреев народом с врожденной склонностью к левому радикализму. В США стали плодиться организации, исповедующие расистские взгляды и призывающие к беспощадной борьбе с неграми и евреями. Самой крупной из них становится Ку-клукс-клан, насчитывавший к началу 1920-х гг. около 5 млн. чел.

Идеологом американского расизма начала ХХ века был автор вышедшей в 1916 г. в США книги «Гибель великой расы» естествоиспытатель Мэдисон Грант, который выступал против притока в Америку «нежелательных расовых групп», ибо это, по его мнению, неизбежно приведет к «расовой деградации». Наибольшую опасность в этом отношении, по его мнению, представляли евреи. Что касается «желательных расовых групп», то это были, естественно, англосаксы. Что касается Ку-клукс-клана (Ku Klux Klan), то эта организация возникла в 1915 году и существует вот уже более ста лет. Правда, в основе ее лежит организация, созданная еще сразу после Гражданской войны в Америке и просуществовавшая всего 5 лет – с 1865 по 1870 год. Но и та, что возникла в начале ХХ века, и та, что просуществовала всего пять лет в середине ХIХ века, обе являются тайными расистскими террористическими. Но, если первая боролась только за восстановление господства белого населения над цветным и действовала только на Юге, то вторая по сей день культивирует еще и ненависть к католикам, евреям, иностранцам, профсоюзам.

evrvopr6.jpg
Мэдисон Грант

В сентябре 1918 г. в Нью-Йорке начало выходить издание под названием «The Anti-Bolshevist», где из номера в номер прослеживалась темы иудео-германского засилья и зловещей роли евреев во втягивание Америки в мировую войну. 30 ноября того же года Государственный департамент опубликовал получивший международную известность доклад под названием «Большевизм и иудаизм». Сохранилось имя автора этого доклада: русского эмигранта, бывшего служащего министерства юстиции, принимавшего участие еще в подготовке дела Бейлиса, Бориса Бразоля, который позднее хвастался, что написал «две книги, которые принесут евреям больше зла, чем десяток погромов». Два положения из этого доклада с того дня стали входить во все без исключения «документальные» издания о роли евреев в судьбах России ХХ века:

1. Решение о свержении царского правительства было принято 14 февраля 1916 г. в еврейском квартале Нью-Йорка группой революционеров во главе с банкиром Джейкобом Шиффом.

2. Список из 33 фамилий руководителей России, где все, кроме Ленина, были евреями.

Имя Джейкоба Шиффа возникло в антиеврейской литературе не случайно. Этот американский банкир, филантроп и общественный деятель (1847-1920) еще с 1885-го года возглавлял фирму, которая стала одним из самых крупных банкирских домов в США. Родился он в г. Франкфурт-на-Майне, с 18 лет – в США. Джейкоб ненавидел царский режим в России за его антисемитскую политику и, по возможности, оказывал помощь группам еврейской самообороны и жертвам погромов 1903-1905 гг. Он был одним из основателей Американского еврейского комитета и Комитета по распределению фондов помощи евреям, пострадавшим от войны (Джойнт). В свое время предоставил большой заем правительству Керенского. Правда, он отрицательно относился к сионизму, считая эту идею утопичной. Тем не менее, фигура его была весьма популярной в антисемитской прессе, и не только в США.

evrvopr7.jpg
Джейкоб Шифф

Надо сказать, что 1920-е гг. в США были отмечены многочисленными статьями об угрозе национальной безопасности, которая идет от «еврейских большевиков». В качестве примера можно привести статью из «The Chicago Tribune» от 19 июня 1920 г., название которой говорит само за себя: «Троцкий ведет еврейских радикалов к мировому господству; большевизм является лишь орудием для осуществления его планов». В США в первую четверть ХХ века евреи ощущали на себе очень жесткую дискриминацию по национальному признаку. Многие предприниматели не принимали евреев на работу. Целый ряд университетов резко сократил число студентов еврейского происхождения. Многие отели не принимали еврейских постояльцев, а бары и рестораны отказывались евреев обслуживать. Появились даже курорты, на которых евреи не имели возможности отдыхать. В ряде городов неоднократно предпринимались попытки воспрепятствовать поселению евреев в сравнительно зажиточных городских кварталах и респектабельных пригородах. Происходило это при том, что в ряде штатов действовали законы, запрещающие такие дискриминационные меры



11

1920-е гг. были отмечены в США небывалой антисемитской пропагандой со стороны тех, кто, ссылаясь на победу большевиков, мог теперь заявлять в правдивость мифа о стремлении евреев к мировому господству. Появилась возможность на полную мощность эксплуатировать тексты «Протоколов сионских мудрецов», заявляя при этом, что программа этих «мудрецов» в Европе и в России уже выполнена и что теперь вслед за установлением «чисто еврейского» правления большевиков мудрецы начинают разваливать экономику США. Кризис 1929 года стал «прямым подтверждением» их пропаганды.

Самым мощным рупором в этой черносотенной вакханалии стал голос одного из самых уважаемых людей в стране – «автомобильного короля» Генри Форда. В 1918 г. Г. Форд приобрел газету «The Dearborn Independent», в которой, начиная с мая 1920 г., появилась целая серия антисемитских статей. Кампания приобрела совершенно одиозный характер после того, как газета по частям опубликовала полный текст «Протоколов». В этой кампании Г. Форда поддерживали многие уважаемые в США люди, среди которых, в первую очередь, следует назвать близкого друга Г. Форда, прославленного изобретателя Томаса Эдисона.

evrvopr8.jpg
Генри Форд. 1921 г.

У газеты Г. Форда был достаточно претенциозный подзаголовок: «The Chronicle of Neglected Truth» – «Хроника отвергнутой правды». Разоблачения «преступлений» евреев и было той «отвергнутой правдой», которую якобы оглашал «автомобильный король». При этом Г. Форд не ввязывался в дискуссии касательно подлинности «Протоколов», не обращал внимания на критику известных политиков, представителей духовенства и даже президентов США: бывшего президента Вудро Вильсона, бывшего президента и нынешнего (1921-1930) председателя Верховного суда Уильяма Тафта, нынешнего (1921-1923) президента Уоррена Гардинга.

Он не обращал внимания на увещевания собственной жены и сына, которые не разделяли его антисемитских взглядов. Он продолжал клеветническую кампанию против крупнейшей благотворительной организации American Relief Administration (ARA), хотя против этого заявил свой категорический протест пришедший к власти в 1929 г. президент Герберт Гувер. В частности, Г. Форд обвинял ARA в том, что собранными деньгами распоряжаются исключительно евреи, которые не посылают их для помощи беспризорным и голодающим в советской России, а только снабжают своих соплеменников и организуют их переезд в США. Сюжетами его очерков становилась еврейская история и религия. Персонажами его безжалостной критики становились американские раввины и бизнесмены, политики и деятели культуры, но объединяло этих людей и делало их преступниками в изображении Г. Форда одно – их еврейское происхождение.

В конце 1920 г. подборка публикаций из «The Dearborn Independent» вышли отдельной книгой под общим названием «The International Jew» («Международное еврейство»), немедленно переведенной практически на все европейские языка. Разжигая страсти и откровенно запугивая обывателей, Г. Форд писал в предисловии к изданию 1920 года: «Международные иудеи и их пособники, являющиеся сознательными врагами всего того, что мы понимаем под англосаксонской культурой, на самом деле многочисленнее, чем это кажется легкомысленной массе людей».

evrvopr9.jpg
Книга Г.Форда «The International Jew»

В США книга разошлась тиражом в полмиллиона экземпляров и стала источником вдохновения для многих, по большей части, молодых американцев, которые на практике использовали заложенные в этих книгах идеи для культивирования в США расистских настроений и порядков. Против Г. Форда началась мощная кампания протеста. Его книги и подшивки его газет изымались из библиотек. Его автомобилям не раз объявлялся бойкот. Уже в самом начале его деятельности на ниве расизма (16 января 1921 г.) большая группа американских общественных деятелей (3 президента, 9 государственных секретарей, 1 кардинал, президенты университетов, писатели, священнослужители – всего более ста подписей) опубликовала заявление, в котором писала: «Нижеподписавшиеся граждане нееврейского происхождения (гои) и христианского вероисповедания осуждают и глубоко сожалеют по поводу возникновения в нашей стране организованной антисемитской кампании, ведущейся согласованно и в унисон с аналогичными кампаниями в Европе… Мы убеждены в ее абсолютной несовместимости с американским гражданством – лояльным и интеллигентным…».

Еврейские организации вели против Г. Форда судебные процессы и вынуждали его не раз публично отрекаться от своего антисемитизма и даже писать о своем «величайшем восхищении еврейским народом». В частности, о своем «величайшем восхищении еврейским народом», давшем миру крупнейших торговцев и промышленников, Г. Форд написал в 1828 г. в своем «Послании еврейской молодежи Великобритании».

В 1927 г. еженедельная газета Г.Форда прекратила существование, а тысячи книг «Международное еврейство» пошли под нож. Однако дело было сделано: его книги во многих странах вновь и вновь переиздавались колоссальными тиражами, и каждый раз находили новые и новые десятки тысяч читателей и поклонников его безумных идей.

Среди продолжателей дела Г. Форда оказался и некий римско-католический пастор, ставший известным всей Америке под именем «отца Кофлина» (Чарлз Эдвардс Кофлин, 1891-1979). Автор многочисленных антисемитских статей, печатавшихся в журнале под названием «Social Justice» (Социальная справедливость»), отец Кофлин в 1930 г. начал экспериментировать с радио, выпуская в эфир проповеди и беседы для детей, а достигнув популярности, приступил к антисемитским передачам, которые, по некоторым оценкам, слушали не менее 10 млн. человек. После прихода Рузвельта к власти основной мишенью отца Кофлина стал «новый курс», провозглашенный президентом. В 1935 г. отец Кофлин даже создал «Национальный Союз Социальной Справедливости», проповедовавший антисемитские и пронацистские взгляды, и перепечатал в своем журнале «Протоколы сионских мудрецов», снабдив их сочувственными комментариями. (В 1942 г. радиопроповеди отца Кофлина были запрещены, и он быстро сошел с политической арены).

evrvopr10.jpg
Отец Чарльз Кофлин

Антисемитскую пропаганду в те дни вела католическая пресса. Отличались в этом отношении «Boston Pilot» и «Brooklyn Tablet», Христианский фронт, созданный католиками ирландского происхождения по типу Ку-клукс-клана, и др. Такая мощная «промывка мозгов» принесла свои плоды. После того, как США в декабре 1941 г. вступили в войну, антисемитизм стал рассматриваться как выражение сочувствия официальной политике врага. Открытое его проявление достаточно быстро прекратилось, но даже в 1944 году, когда мир уже содрогнулся, узнав о беспримерном зверстве немцев по отношению к евреям, каждый четвертый респондент заявлял, что евреи представляют угрозу для Америки, а каждый третий готов был поддержать антиеврейские акции.

Мощная антисемитская кампания в США, в центре которой стоял Генри Форд, в значительной степени облегчила деятельность политиков, ратующих за ограничение иммиграции, и повлияла на иммиграционную политику государства. В итоге в 1924 году был принят Закон об иммиграции («Акт Джонсона»), установивший постоянную квоту (позднее сокращенную с 3-х до 2-х процентов) иммигрантов из Европы, что сводило на нет их шансы попасть в Америку. Так был фактически ликвидирован один из каналов, по которому беженцы из Германии и оккупированных нацистами стран могли уйти от гибели.



12

Тема «США и Холокост» не ограничивается только проблемой беженцев. Более важным и более глобальным, на наш взгляд, является роль американских адептов нацизма на становление расистской идеологии германского фашизма. Немецкий перевод книги Г. Форда «Международное еврейство» вышел в Германии в течение двух лет (1921-1922) шестью изданиями. Как пишет автор исследования «Генри Форд и евреи» Алберт Ли, «после того, как в 1921 году десятки тысяч экземпляров книги Форда… были распроданы в Германии, популярность Форда [в этой стране] оказалась столь высокой, что можно говорить о серьезном влиянии его антисемитских идей на экстремистски настроенных немцев, позже примкнувших к нацистскому движению».

evrvopr12.jpg
Адольф Гитлер. 1933 г.

Двая показания на Нюрнбергском процессе в 1945 году, бывший лидер гитлеровской молодежи фон Ширах заявил, что его предубеждения против евреев, возникшие в 17-летнем возрасте, были результатом чтения фордовских публикаций. «Вы не представляете себе, – сказал он, – какое громадное влияние оказали они на мышление немецкой молодежи».

Для Гитлера Генри Форд был более чем кумиром. «Он для меня – источник вдохновения», – заявил он в 1931 г. в беседе с американским корреспондентом, отвечая на вопрос, почему в его кабинете висит портрет американского автомобильного магната. Гитлер гордился дружбой с Г. Фордом, фамильярно называл его Генрихом и не раз говорил о том, что тот оказывает финансовую поддержку его движению, а когда Г. Форд выставил свою кандидатуру на выборах президента США, сказал в интервью «Chicago Tribune»: «Если бы я только мог, то послал бы в Чикаго и в другие большие американские города своих штурмовиков для оказания ему поддержки на выборах. Мы смотрим на Генриха как на лидера набирающей силу в Америке фашистской партии».

Генри Форд оказался единственным американцем, чье имя упомянуто Гитлером в его книге «Mein Kampf» – политическом манифесте фюрера и «библии» национал-социализма. Говоря о «подлинных хозяевах жизни» Америки – еврейских банкирах и профсоюзах и необходимости борьбы с ними, он писал: «С каждым годом они становятся во все большей степени хозяевами, контролирующими то, что производит эта стодвадцатимиллионная нация. И только один великий Форд, к их ярости, все еще сохраняет полную независимость».

После прихода Гитлера в Германии к власти в США стали активно возникать все новые и новые антисемитские и пронацистски настроенные организации и группы. К 1940 г. их уже, по некоторым данным, насчитывалось около 120. Наиболее активной из них оказался созданный в 1933 г. Германо-Американский союз («German-American Bund») – полувоенная организация, членами которой в основном были американские граждане немецкого происхождения. Немецкое правительство не только тайно руководило деятельностью Союза, но и поддерживало его материально. Союз являлся в США некоей негласной головной организацией среди многочисленных групп американских наци. На протяжении ряда лет он проводил многолюдные сборища в Нью-Йорке и других городах. После вступления США в войну, был распущен, а многие его активисты были посажены в тюрьму по обвинению в предательстве и шпионаже в пользу противника.

В 1940 г., когда перед американской общественностью остро стал вопрос о сотрудничестве с союзниками, возникли влиятельные политические группы, противостоявшие этому процессу. Наиболее серьезная их них – Первый комитет Америки (America First Committee), деятельность которого была отмечена большой антисемитской направленностью. В своей пропаганде Комитет распространял слухи о том, что это евреи втягивают США в войну, что Рузвельт – скрытый еврей и умышленно идет на поводу еврейского лобби и т.д.

Наиболее известным членом Первого комитета Америки был летчик Чарлз Линдберг, совершивший в мае 1927 г. двухдневный беспосадочный перелет через Атлантический океан из Нью-Йорка в Париж. Фантастическую популярность этого национального героя американские наци использовали в своих целях: он стал главным глашатаем их идей. В сентябре 1941 г. на митинге, организованном комитетом под названием «Америка прежде всего», (в этот комитет, кстати, входили и несколько евреев), Линдберг произнес речь, в которой заявил, что три основные группы подталкивают США к войне: «англичане, евреи и правительство Рузвельта», и что наибольшую опасность из них представляют евреи, ввиду их «громадного влияния на кинопромышленность, прессу и наше правительство».

Лидеры фашистской Германии высоко оценили заслуги Линдберга перед Третьим Рейхом: в 1936 г. его торжественно принял у себя Геринг, а спустя два года, будучи приглашенным лично фюрером, он был награжден орденом «за большие заслуги перед Рейхом».

evrvopr13.jpg
Чарльз Линдберг



13

Начало Второй мировой войны и стремительное продвижение немецких войск как на Восток, так и на Запад, привело к резкому изменению в политике США, но вместо того, чтобы открыть ворота страны для потока беженцев, Вашион эти «ворота» почти наглухо закрыл. Страх поразил Штаты. Под предлогом предотвращения иностранного шпионажа были введены новые ограничения на въезд, и уже в ноябре 1939 г. американские консулы получили распоряжение Госдепа резко сократить выдачу въездных виз. В июне 1941 г. поступила новая инструкция: в соответствии с законом Блума Ван-Нуйса при малейшем сомнении в характере заявителя визу не открывать. В 1940 г. на одной из пресс-конференций Рузвельт даже озвучил витающую в воздухе мысль о том, что еврейские беженцы, находящиеся в США, могут стать жертвой шантажа, ибо в качестве заложников остаются их родственники в Германии и на оккупированной территории Европы.

Однако, как обычно, в дело вмешивались и чисто субъективные моменты, когда какие-то глобальные вопросы начинали зависеть от симпатий или антипатий одного конкретного чиновника. В данном случае таким чиновником стал заместитель госсекретаря, глава Особого отдела по военным проблемам Брекенридж Лонг, который более всего сделал для разжигания подозрительности и шпиономании в отношении беженцев из Европы и для резкого сокращения (вплоть до полного прекращения) еврейской иммиграции в США. Б. Лонг блокировал на своем уровне любые предложения о специальных спасательных акциях, хотя достоверно знал о проводившемся в Европе геноциде еврейского населения. В 1943 г. группа ведущих специалистов Министерства финансов раскрыла, что чиновники Государственного департамента саботировали все меры для спасения евреев Франции и Румынии и скрывали поступавшую из Швейцарии информацию о геноциде евреев. А Б. Лонг сознательно завышал данные о числе еврейских иммигрантов, предоставляемые им в Конгресс.

Б. Лонг был «человеком Рузвельта», и историки до сего дня не могут понять президентское покровительство человеку, своими действиями подрывавшему авторитет самого президента. Отстранен от своих обязанностей Б. Лонг был только в январе 1944 г.

evrvopr14.jpg
Брекенридж Лонг

И все же основными причинами отказа в помощи гибнущим евреям Европы были психологические. Массовое сознание отказывалось воспринимать мысль, что отношение нацистов к евреям существенно отличается от их отношения к другим народам, на которых не распространялась установка о тотальном уничтожении. Сообщениям о массовых многотысячных расстрелах просто не доверяли. К примеру, когда заместитель госсекретаря Самнер Уэллс получил сведения об этом, он сказал, что этого не может быть, ибо немцы уничтожать евреев при такой невероятной нужде в рабочей силе не будут. К информации о геноциде относились, как к попыткам евреев добиться от союзников для себя каких-то особых преимуществ. Что касается политиков, то основной довод, по которому они отказывались предпринимать серьезные шаги для предотвращения геноцида и спасения обреченных людей, заключался в двух основных тезисах:

1. Любые переговоры с нацистами невозможны и чреваты отсрочкой военных действий, а это идет на пользу врагу.

2. Самый быстрый способ покончить со всеобщими страданиями – это как можно скорее выиграть войну.

Настроение подогревала нацистская радиопропаганда, которая, используя непопулярность еврейского населения в США, внушала американскому обывателю мысль, что война идет не «против нацистов», а «за евреев».



14

Период президентства Рузвельта почти точно совпал с годами существования в Германии нацистского режима, и все события в мире, связанные с этой эпохой и так или иначе касающиеся Соединенных Штатов Америки, в том числе «еврейский вопрос», прошли через руки этого человека. Во всяком случае, это был, несомненно, один из наиболее осведомленных людей на планете. Было бы наивным думать, что такое масштабное явление, как уничтожение нескольких миллионов людей по национальному признаку могло пройти мимо его внимания. И безучастным оно не могло его оставить: во время всех четырех избирательных кампаний, когда Рузвельт избирался 32-м по счету президентом США, еврейский электорат, традиционно отдающий предпочтение демократам, и ставка на представителей национальных меньшинств обеспечили ему массовую поддержку.

Никогда до правления Франклина Делано Рузвельта евреи не занимали столько ключевых постов в правительственной администрации, поддержка которых способствовала успеху «нового курса», предусматривавшего более активное вмешательство властей в экономическую жизнь страны. В тот период, когда президентом США был Рузвельт, одним из основных его соратников был министр финансов Г. Моргентау-мл. Его личным советником, как, кстати, и всех президентов США, начиная с Вудро Вильсона, был финансист и государственный деятель Бернард Барух (1870-1965), с 1946 г. – представитель США в комиссии ООН по атомной энергии.

evrvopr15.jpg
Бернард Барух

Особое место среди помощников Рузвельта занимал Фиорелло Ла Гардиа (1882-1947, отец – итальянец), политик и законодатель, мэр Нью-Йорка на протяжении трех сроков (1933-1945), известный борец с коррупцией среди политиков и с организованной преступностью. Евреями были губернаторы четырех штатов, три члена Верховного суда страны, многие сотрудники министерств, судов и муниципалитетов различных уровней.

«Любимым экономистом» Рузвельта был глава Бюро трудовой статистики Айседор Любин, а ближайшим советником по юридическим вопросам – Луис Брандайз (первый еврей, назначенный при президенте Вудро Вильсоне членом федерального Верховного суда) и Феликс Франкфуртер (декан юридической школы при Гарвардском университете). «Сохранять социальный мир» Рузвельту помогали профсоюзные активисты-евреи Роуз Шнейдерман, Сидней Хиллмен и Дэвид Дубински.

evrvopr16.jpg
Фьорелло Генри Ла Гуардиа. 99-й мэр Нью-Йорка

evrvopr17.jpg
Луис Брандайз

Среди личных друзей Рузвельта следует, в первую очередь, назвать реформистского раввина и сионистского деятеля Стивена Сэмюэла Вайза (1874-1949). На Версальской конференции (1918-1919) С.Вайз выступал в защиту Палестинского проекта и с осуждением геноцида армян турками в 1915 г. Он был создателем Федерации американских сионистов и одним из ее лидеров. Совместно с Нахумом Гольдманом стал организатором Всемирного еврейского конгресса, а затем и бессменным его руководителем с 1936 по 1949 г. С.Вайз был одним из создателей Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения Америки (1909) и Американского союза борьбы за гражданские права (1920).

evrvopr18.jpg
Стивен Вайз

Никто не может бросить в Рузвельта камень за то, что хоть какой-то из его шагов на посту президента привел к усилению дискриминационных мер против еврейского населения, в котором можно было бы заподозрить вину государства. Но обстановка, в которой ему пришлось жить и работать, была более чем непростой. Его противники, спекулятивно используя факт еврейского происхождения достаточно большого числа общественных и государственных деятелей страны, прибегали к грубой антисемитской демагогии. Даже проводимую им политику они называли не «новый курс» («New Deal»), а «еврейский курс» («Jew Deal»). Вот почему в условиях мощной антисемитской пропаганды 1920-1930-х гг., чтобы не дать повода к серьезным эксцессам, Рузвельт вынужден был быть более чем осторожен в своих действиях.

Конечно, он был прагматиком. Конечно, как и большинство западных политиков, он на первое место ставил безопасность и спокойствие собственного народа. Конечно, как и во всяком демократическом государстве главенствующим был приоритет интересов личности над интересами властей. Конечно, будучи сторонником многих радикальных и не всегда популярных реформ, он вынужден был избегать таких мер, которые могли бы вызвать протест и сорвать глобальные планы перестройки экономики и вывода страны из экономического кризиса. Вот почему даже сейчас, с высоты нашего исторического опыта, трудно дать адекватную оценку тем мерам, которые он предпринял (или не предпринял, хотя и мог) по спасению хотя бы небольшого числа обреченных на тотальное уничтожение евреев захваченной нацистами Европы.

И все же, объективности ради, следует обозначить несколько моментов в мировой истории 1930-1940-х гг., когда Рузвельт и возглавляемое им правительство оказалось не на высоте. В наше время у историков есть несколько поводов для серьезной критики той политики, которой придерживался Рузвельт.

Рузвельт ни разу не выступил с официальным протестом против преследования евреев Германии, хотя до этого было немало случаев дипломатического вмешательства США в защиту национальных и религиозных меньшинств в других странах. Это тем более прискорбно, ибо именно отсутствие реакции такой могущественной державы, как США, на дискриминацию евреев стало одним из факторов дальнейшей эскалации расовых преследований нацистами, которые, в конечном итоге, привели к гибели миллионов людей.

2. Рузвельт отказался поддержать законопроект о допуске в США 20 тысяч еврейских детей, которые никак не могли бы увеличить в стране безработицу.

3. Рузвельт вплоть до конца войны не желал открыто признать, что проблема беженцев, главным образом, касается евреев, которым грозит тотальное уничтожение.

4. Рузвельт не воспользовался дипломатическими каналами и собственным авторитетом, чтобы убедить Великобританию допустить еврейских беженцев в Эрец-Исраэль.

5. Рузвельт не настоял на отмене решения собственной администрации отказаться от бомбардировки крематориев Освенцима и подъездных путей к ним.

6. Рузвельт вопреки установке Декларации Бальфура готов был признать перед королем Саудовской Аравии законность антисионистской и антиеврейской политики арабских лидеров.

Все эти критические замечания в свое время широко комментировались в американских СМИ, но при этом 90 % еврейских избирателей отдали свои голоса за Рузвельта во время всех избирательных кампаний. Несмотря на то, что антисемитская пропаганда выводила образ Рузвельта как проводника политики еврейского лобби, авторитет его был настолько силен, что, согласно опросу института Гэллапа, в 1937 г. 46 % американцев готовы были проголосовать за кандидата в президенты еврейского происхождения (в 1983 г. эта цифра достигла 88 %).



P.S.

В середине 1938 г. в Германии стала широко известна фраза, произнесенная помощником гессенского штатгальтера Линдера во Франкфурте 21 июня: «Евреи пользуются в Германии единственным правом на смерть». Спусковой крючок геноцида был нажат, и первый, пока пропагандистский выстрел был произведен. Вскоре это подтвердил и сам фюрер. 30 января 1939 г. в зале берлинской Кроль-оперы собрались члены рейхстага, чтобы торжественно отметить шестую годовщину прихода Гитлера к власти. В тот день Гитлер впервые официально высказался о судьбе европейского еврейства с точки зрения нацизма. Он сказал: «В своей жизни я часто бывал пророком, но надо мной смеялись. Сегодня я снова хочу выступить в роли пророка. Если международному финансовому еврейству удастся ввергнуть народы в мировую войну, то результатом будет не большевизация планеты и не победа еврейства, а уничтожение еврейской расы в Европе».

До начала Второй мировой войны оставалось 8 месяцев.

Первая публикация
Заметки по еврейской истории.
№16 (119) – октябрь 2009 г.



ПЕРЕЙТИ К СЛЕДУЮЩЕЙ СТАТЬЕ ВЫПУСКА №11

 
 
Яндекс.Метрика