Уникальность Холокоста в мировой истории

 

Холокост как исторический и социальный феномен мировой истории

К сожалению, дефиниция «Холокост» даже в научных кругах в настоящее время трактуется неоднозначно. Нередки случаи, когда под Холокостом понимают вообще геноцид мирного населения в годы немецко-фашистской оккупации. Иногда это делается умышленно. Огромные потери среди мирного населения в годы Второй мировой войны позволяют современным ревизионистам, искажая историческую правду и манипулируя абсолютными данными, выдвигать на первый план относительность этих потерь, сводя все к простому арифметическому сопоставлению цифр.


1


Сегодня проблема изучения Холокоста это,  в первую очередь, проблема признания человечеством его уникальности как исторического явления вселенского масштаба.  Не случайно римский папа Иоанн-Павел II назвал ХХ век «веком безжалостной попытки истребления евреев» Эли  Визель, сам прошедший Освенцим и Бухенвальд, так образно охарактеризовал уникальность Холокоста: «Не все жертвы нацизма были евреями, но все евреи были жертвами нацизма».

Американский историк Майкл Беренбаум в своем эссе «Уникальность и всеобщность Холокоста» отмечает: «Все предыдущие вспышки юдофобии были эпизодическими, кратковременными и носили, скорее, религиозный, чем биологический характер. Евреев убивали за их убеждения или деятельность, и всегда оставалась возможность ради спасения изменить вероисповедание или эмигрировать, тогда как нацизм никакого выхода им не оставлял» (1).

По мнению М.Беренбаума, есть, как минимум, четыре причины, по которым Холокост нельзя сводить к очередному проявлению антисемитизма:

1. Уничтожение евреев производилось в рамках закона, причем орудием давления выступала правовая система.

2. Преследование и уничтожение евреев мыслились как политическая задача страны, и для этого были пущены все рычаги власти.

3. Евреев убивали не за их культурную непохожесть, не за дела или веру, а за самый факт существования. Уничтожению подлежали все евреи, а не только «еврейский дух».

4. Вопреки христианскому богословию, евреи перестали считаться символом зла. Теперь они стали его воплощением, и потому им надлежало исчезнуть. (2)

Еврейский религиозный мыслитель Эмиль Факенхайм эту же мысль выразил так: «[Нацисты] убивали евреев не за то, КАКИМИ они были, а за то, что они БЫЛИ... Преступлением было их существование» (3).

Холокост стал одним из наиболее значимых исторических и социальных феноменов ХХ века. До Второй мировой войны в основе всех известных истории актов геноцида лежали религиозные конфликты:  массовое уничтожение людей происходило по религиозному признаку. В ХХ веке религиозные мотивы перестали играть решающую роль при определении групповой принадлежности людей. Все возрастающую роль играют ныне национальные и этнические моменты, приведшие к актам геноцида сотен тысяч жителей Юго-Восточной Азии и Африки. Холокост и явился одним из актов массового уничтожения людей по национальному признаку. Однако для того, чтобы совершить это преступление, следовало подготовить к нему огромные массы людей –  соучастников и свидетелей геноцида.

Тоталитарное государство, отмечал болгарский историк Желю Желев, в силу самой логики своего развития «не только подавляет, терроризирует, но и перетягивает на свою сторону большую часть народных масс, точнее, – вовлекает народ в свои преступления... Оно не только действует от имени народа... но и посредством народа» (4). Создание идеологии, которая смогла бы убедительно доказать необходимость многомиллионных убийств ни в чем не повинных людей и обеспечить многотысячной армии убийц и свидетелей психологическое оправдание своего поведения, носило характер поистине революционного переворота, и переворот этот в сознании людей был нацистами совершен.


2

«Убийство не новое явление на земле, и каинов грех сопровождает род человеческий испокон веков, – говорил в Генеральный прокурор Израиля в своей речи на процессе Эйхмана. –  Но только в ХХ веке мы стали свидетелями убийства особого рода. Не в результате преходящей вспышки страсти или душевного помрачения, а как следствие обдуманного решения и тщательного планирования. Не по злостному умыслу отдельной личности, а как порождение величайшего преступного заговора, в котором приняли участие десятки тысяч [людей]. Не против единственной жертвы, а против целого народа... Сообщниками преступлений были вожди нации, и среди них профессора и ученые с академическими званиями, со знанием языков, просвещенные люди, именуемые «интеллигенцией» (5).

Массовая гибель мирного еврейского населения на оккупированной нацистами территории в годы Второй мировой войны не имеет аналогов в истории войн. Она не зависела от военных действий, не была связана с депортациями из прифронтовой зоны или с массированными бомбардировками мирных городов. «Это была отдельная и самостоятельная операция, которую оказалось легче и удобнее провести в условиях войны, при минимальном вмешательстве сил изнутри и извне, и которую можно было замаскировать и прикрыть завесой военной необходимости». Однако одновременно следует отметить и другое: «в гитлеровских документах, связанных с истреблением евреев, и в обосновании решения о нем нет и следа аргументации, что это истребление необходимо якобы для успешного ведения войны» (6).

В основе мировоззрения, ставшего идеологической платформой для национал-социалистического движения и всей внутренней и внешней политики Германии в 1933-1945 гг., фундаментом исторической концепции Гитлера, были три идеологемы: расизм, антикоммунизм и жизненное пространство (7). Сочетание расизма и антисемитизма (если точнее, шовинизма) привело к возникновению нового исторического феномена – расистского антисемитизма, отличающегося особой непримиримостью и бескомпромиссностью по отношению к евреям. С точки зрения нацизма, еврей был одновременно олицетворением и коммунизма (как основоположник и носитель коммунистической идеологии), и капитализма (как основной носитель «буржуазного торгашества»). Таким образом «национал-социализм нашел объект ненависти в соответствии со своим двойным названием, выставив еврея в качестве мишени для национальной и классовой ненависти» (8).

Нацисты превратили антисемитизм в предмет экспорта, которым занимались дипломаты и прочие представители Германии за границей – он способствовал сплочению фашистских партий в других странах. Даже в апреле 1944 г., когда исход войны уже не вызывал сомнения, на совещании в министерстве иностранных дел Германии стоял вопрос об усилении антисемитизма во всем мире, причем было отмечено, что «распространение антисемитизма является одной из целей войны, которую ведет Германия». И именно об этом в своем завещании писал в свои последние минуты Адольф Гитлер: «И прежде всего я вменяю в обязанность всем руководителям нации и их подчиненным соблюдать расовые законы и беспощадно бороться с международным еврейством» (9).

Наиболее полное обоснование уникальности Холокоста как исторического события мирового масштаба дал израильский историк Иегуда Бауэр в своем труде «Место Холокоста в современной истории»:

«Исключительность Холокоста состоит в тотальном характере его идеологии и в воплощении абстрактной идеи в спланированное, методично осуществляемое массовое убийство. Кроме того, Холокост был основным мотивом для развязывания полномасштабной войны, отнявшей за долгие шесть лет около 35 миллионов человеческих жизней... Антиеврейский поход был решающей составляющей нацистской эсхатологии, краеугольным камнем их мироустроения, а не просто одной из частей их программы. будущее человечества зависело от их победы над еврейством...

У современного геноцида есть две характерные черты: он идеологически окрашен и по своей природе безжалостен, поскольку добивается исчезновения расовой, национальной или этнической группы как таковой... Никогда не бывало, чтобы гонители видели панацею от всех человеческих бед в полном уничтожении еврейского народа. В этом смысле нацистский антисемитизм был новым этапом, так как, хотя его составляющие хорошо знакомы, их комбинация была качественно беспрецедентной, тотальной и смертельной. Следовательно, с точки зрения еврейской истории, Холокост, хотя и имеет много элементов, известных из продолжительной истории еврейского мученичества, все-таки –  явление уникальное» (10). 


3

Уникальность Холокоста, его феноменальность как исторического и социального явления, характерного только для определенного периода ХХ века, может быть определена несколькими признаками.

1. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ уничтожение мирного населения носило такой глобальный характер. Это произошло благодаря сочетанию нацистской идеологии с немецким педантизмом и современными достижениями техники, позволившими создать особые технические приспособления (машины-«душегубки», газовые камеры, крематории и т.д.) для ускоренного массового уничтожения людей.

2. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ была поставлена задача уничтожения отдельно взятого народа. Подлежащих уничтожению определяли по национальному признаку в третьем поколении. Впервые в истории появилось уголовное понятие –  «народоубийство». Термин получил распространение после опубликования И.Эренбургом в 1944 г. в журнале «Знамя» (N1-2) очерка «Народоубийцы» –  первых материалов о геноциде евреев на оккупированных территориях (11).

3. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ идеология, в основе которой лежала расовая теория, стала политической силой, способной привести в движение мощные государственные механизмы и повлиявшей на весь ход мировой истории.

4. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в результате слияния шовинизма с расизмом возникла новая разновидность антисемитизма –  расовый антисемитизм, проповедующий тотальное уничтожение евреев во всем мире.

5. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ решение о геноциде еврейского народа было принято на государственном уровне и стало элементом государственной политики.

6. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ уничтожение отдельно взятого народа стало одной из трех главных целей войны государства, эту войну развязавшего (с точки зрения Германии – государства-агрессора – это уничтожение коммунистов, евреев и расширение жизненного пространства).

7. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ вся государственная пропаганда одной страны, независимо от темы того или иного выступления, включала в себя шовинистические мотивы. Пропаганда при этом была нелогична и внутренне противоречива. С одной стороны, проводилась ДЕГУМАНИЗАЦИЯ образа рядового еврея, который рассматривался как представитель «низшей расы», лишенный каких-либо положительных черт. С другой стороны, велась ДЕМОНИЗАЦИЯ еврейского народа, который, являясь «проводником воли Сатаны», способен привести целые народы к вымиранию.

8. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ для психологического оправдания массового уничтожения людей, то есть себе подобных, была использована антропологическая категория «Untermensch» –  «недочеловек». Его представители подлежали тотальному уничтожению. Термин получил распространение после одной из пубикаций в нацистском официозе «Volkischer Beobachter» 6 августа 1941 г. (автор – Густав Херберт). Уничтожение недочеловеков не приводило к нарушению Божьей заповеди «Не убий» (12).

9. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ уничтожение мирных, ни в чем не повинных граждан, не имеющих никакого отношения к военным действиям, носило плановый характер и было санкционировано соответствующим решением на высшем государственном уровне.

10. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ акции по массовому уничтожению одних гражданских лиц, в большинстве случаев, проводилось руками других гражданских лиц –  жителей того же государства (коллаборантов).

11. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ решающий политический документ о судьбе отдельно взятого народа (решение Ванзееской конференции об «окончательном решении» еврейского вопроса) был принят не до начала военных действий, а в ходе их, тогда, когда «блицкриг» провалился, а война приняла мировой характер. Гитлеровское руководство сполна успело оценить необратимость событий, которые происходят в мире, и впервые осознало тот факт, что Германия может потерпеть поражение. Нацисты спешили решить поставленную перед собой задачу уничтожения еврейства, что говорит о глобальности этой задачи, когда политические цели начинают конкурировать с военными.

12. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в истории были созданы предпосылки к тому, чтобы произошёл геноцид. Вторая мировая война стала возможной в результате возникновения на карте Европы двух имперских тоталитарных структур –  большевистской и нацистской, в которых антисемитизм был элементом государственной политики.

13. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в истории антисемитизм стал негласной политикой правительств стран, играющих главную роль в ходе войны. Великобритания и США, в отличие от некоторых союзников Гитлера (Италия, Испания, Португалия, Финляндия), отказались принимать у себя еврейских беженцев из европейских стран. Сталинское руководство за весь период войны ни разу даже не обсудило факты уничтожения евреев на оккупированной территории. Союзники так и не удовлетворили просьбу еврейских представителей разбомбить крематории Освенцима и подъездные пути к ним. По сути дела, страны антигитлеровской коалиции стали соучастниками Холокоста, а сам Холокост можно охарактеризовать как всемирный антиеврейский заговор.

14. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в истории в разработке теории и практики геноцида принимали участие люди, представляющие элиту государства. В Германии это были крупнейшие немецкие учёные: гуманитарии, технари, юристы.

15. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ в ХХ веке возникли мировые войны, и уже на второй из них на плаху политических и имперских амбиций лидеров государств была положена не только судьба представителей отдельных народов, а всего населения этих государств.

16. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ со стороны воюющих государств, конечно, в разной степени, были отброшены нравственные категории. Гуманитарные ограничения для тех, кто идёт ва-банк, не существуют. Со стороны Германии это были лагеря уничтожения, неконвенциональная техника массовых уничтожений, война с мирным населением, вывоз гражданского населения в другую страну для использования там в качестве рабской силы. Со стороны СССР это была депортация семи народов, обвиненных в сотрудничестве с оккупантами, и принятие в качестве государственной политики постулата о "коллективной вине" народа.

17. ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ были созданы особые организационные формы массового уничтожения мирного населения, которое происходило, в основном, не в местах его коренного проживания, а в специально оборудованных лагерях смерти.

Все выше сказанное позволяет нам говорить о Холокосте как о некоем историческом и социальном феномене не только в контексте истории ХХ века, но и в контексте мировой истории, что требует соответствующей оценки и подхода в государственной политике и общественной деятельности.


          Литература:

1. Беренбаум М.  Уникальность и всеобщность Холокоста. // Сб.  «За гранью понимания».  Богословы и философы о Холокосте. К.: 2003, с. 184.

2. Там же.

3. Сб. «За гранью понимания», с.36.

4. Желев Желю. Фашизм. Тоталитарное государство. (Пер. с болг.) М.: «Новости», 1991, с.272.

5. «6 000 000 обвиняют». Речь израильского генерального прокурора на процессе Эйхмана. Иерусалим.: БИБЛИОТЕКА-АЛИЯ, вып.8, 1961, с.6-7.

6. Там же, с.71-72.

7. Сб.  «От антисемитизма к катастрофе».  Изд-во «МАССУА» (Израиль). 1995, с.18.

8. «6 000 000 обвиняют», с.14.

9. Там же, с.18-20.

10. Бауэр И. Место Холокоста в современной истории. // Сб. «За гранью понимания», с. 55, 71, 78.

11. См.  Эренбург И.Г.  Народоубийцы. // Эренбург И.Г. Сб. «Война. 1941-1945». М., 2004, с.571-580.

12. Ковалев Б.Н.  Нацистская оккупация и коллаборационизм в России. 1941-1944. М., 2004, с. 237.

 
 
Яндекс.Метрика